mmax_spb (mmax_spb) wrote,
mmax_spb
mmax_spb

Четверо в лодках. День второй, ноский


2 мая

День 2 ходовой, ноский.

 Проснувшись первым, я с удивлением обнаружил сырость в ногах. Экспресс-расследование установило источник мерзкой влаги: им казался странно мокрый спальник Вити. Не вдаваясь в подробности, я бодро двинулся обеспечивать группу утренней трапезой. Погода радовала меня отсутствием осадков, свежий и чистый снег мог бы искриться в лучах утреннего солнца.. Жаль, его не было видно из-за сплошных облаков, плотно обложивших весь небосвод

Готовя завтрак, я с интересом прислушивался к голосам из палатки- там Толя с энтузиазмом и в доступной форме объяснял Вити особенности размещения оружия в походных условиях, принципы ночёвки в коллективе, а также основы гидроизоляции спального места в палатке при избыточном увлажнении стенок, пола и потолка. Наконец, парни выбрались наружу, и завершив утренние процедуры и развесив полусырые спальники у костра, принялись поглощать очередной шедевр кулинарного искусства – рис с сардинами. Судя по скорости уминания означенного блюда – мой поварской талант был на высоте. Огорчало лишь количество майонеза и кетчупа, которым эти варвары заливали блюдо от шеф-повара (C таким количеством соусов они бы и опилки сожрали:-, Подумал Штирлиц).

Предупредив Витю об опасности избранного им метода сушки спальника путём размещения его с подветренной стороны костра, и выслушав привычный ответ, что всё под контролем, я с чистой совестью уделял внимание ароматному чаю, сушкам и сухарям. Сновавший вокруг лагеря в поисках подходящей мишени для очередного испытания чудо-оружия Витя, выслушав мои инструкции по ТБ вкупе с комментариями Толи и опасениями Саши, гордо удалился в сторону импровизированного стрельбища. Буквально через минуту Сашка, чуть не подавившись горячим чаем и изрыгая крошки, страшным нечленораздельным рыком привлёк моё внимание к искрам и уголькам, которые коварная ель из костра, подловив ослабление внимания  со стороны Вити к сушке спальника, точным броском отправила в цель. Перепрыгнув с места костёр, котелки и Толины ноги, в голос высказывая своё мнение по поводу Вити и того воспитания, которое он получил от родителей (почему-то упоминая только его маму) я успел смахнуть угольки до наступления критических последствий.

Наконец, подгоняемая моими окриками и напутствиями, команда свернула лагерь и тронулась к лодкам. Подкачав свой Нырок, и объяснив Вити, почему нельзя накачивать лодку погруженным под воду насосом, я с чистой совестью двинулся к новым завалам.

Лирическое отступление: За что я не люблю бобров.

По моим наблюдениям, примерно 95% всех завалов были следствием жизнедеятельности этих милых грызунов, численность которых благодаря стараниям наших биологов, превысила все мыслимые пределы.

С практической точки зрения, все завалы, отдельные поваленные деревья и бобровые плотины классифицируются лишь в зависимости от метода преодоления этого препятствия. Самые безболезненные это те, которые можно проскочить с ходу, только убедившись, что это не приведёт к появлению ненужных отверстий в бортах и днище. Следующие –та категория, для преодоления которых требуется изменить центровку загрузки лодки: т.е. сначала запрыгнуть на полупогружённый ствол как можно дальше, а потом, переместившись на уже прошедшую часть лодки, совершая возвратно-поступающие движения, заставить лодку сползти со ствола уже позади него. При использовании данного метода важно не перестараться с амплитудой движений, в противном случае можно пройти препятствие без плавсредства, или лишиться чего-нибудь из плохо закреплённого груза. В ситуации, когда ствол выступает над водой, но ещё не позволяет протиснуть лодку под ним, приходится вылезать на него, и, вытаскивая за уключину сначала одну половину лодки, а затем вторую часть лодки, спихивать её уже за бревном. При этом следует учитывать коварную особенность сплава по течению: при подходе и высаживании на бревно течением лодку прижимает к стволу, а вот после того, как она оказывается по другую сторону – течение норовит утащить лодку дальше, не дожидаясь, пока ты выполнишь акробатический трюк по помещению себя обратно в лодку. Абсолютный рекорд по прыжку с бревна в уплывающего Нырка в этот раз принадлежал Толе: с криками « Стой! Куда?! Назад!!!» он, распластавшись горизонтально над чёрной водой,  в броске преодолел не менее 1,5 метров, отделявших его от удаляющейся лодки. В процессе прилоднения Толик ещё успел мастерским движением левой руки умудрится поймать своё ружьё, которое совершило попытку к бегству, подброшенное спружинившим бортом. К сожалению, от моего предложения повторить этот трюк под видеозапись, Толя отказался. Впрочем, я не видел такого в исполнении Вити и Александра, поскольку большую часть времени мы с Толей шли в отрыве от парней, более опытный из которых управлялся одним веслом, а второй упорно пытался приучить два весла двигаться синхронно и сообщать лодке однонаправленное движение.

Ещё одним способом преодоления поваленного дерева является протискивание под стволом, если это позволяет зазор между нижним краем оного и поверхностью воды. В процессе выполнения этого приёма важно следить за выступающими в верх предметами, особенно за своим лицом. Ещё очень важно, чтобы в твою лодку, пока ты занят прохождением препятствия, не воткнулся кто-нибудь из твоих партнёров. Несоблюдение этого условия чревато поцарапанным фэйсом (в меня воткнулся Толя). Впрочем, даже при перетаскивании через бревно лодки неожиданно уткнувшаяся в неё лодка твоего товарища может привести к незапланированному прыжку (я в Толю, Толя в меня), или потери равновесия на бревне (Витя в меня), в результате чего приходится падать в ещё не перетащенную лодку.

Следующим по пакостности является попытка протиснуть лодку сквозь крону поваленного дерева. При использовании этого номера, как правило, в лодку набивается весь тот мусор в виде намокшей травы, прошлогодней листвы и мелких веточек, которыми изобилует полупогруженная и работающая сачком крона. Интересно, что по закону подлости самая грязная и противная часть мусора обязательно окажется на лице или за шиворотом первого, кто проходит препятствие.

Наконец, самым непопулярным следует считать обнос, при котором приходится по суше переносить отдельно лодку и груз.

Итак, бодро проскочив первые завалы и убедившись, что без моего участия в стрельбе по летящей добыче штатные снайперы неспособны обеспечить нас свежей птицей, группа вышла на участок реки с относительно чистым руслом и большим количеством затонов, проток и заводей, изобилующих пернатой дичью. Находясь позади Толи, я с упоением костерил его за неспособность реализовать преимущество первооткрывателя в меткий выстрел, когда спугнутый им очередной гоголь, вопреки логике пошёл не от нас, а над нами. Вот он, шанс проявить мастерство! Селезень заходил точно в штык, и мой чОткий выстрел обеспечил нам деликатес на ужин: чисто битая птица с характерным шлепком упала в воду в 20 метрах за мной. «А я чо?? Я ни чо! Да я сам офигел: -, Подумал Штирлиц»

Наслаждаясь триумфом и попутно экспромтом читая впечатлённому Толе лекцию на тему «Упреждение и эффективная стрельба – мифы и реальность», я гордо вышел в голову нашей экспедиции, мечтая ещё раз показать этим раздолбаям, как стреляет Мастер… Случай представился примерно через 20 минут: селезень, вылетевший из заводины, которую я спокойно оставил за спиной, прошёл сначала над Толей. Услышав его выстрел, я стремительно развернул лодку, одновременно нашаривая завалившееся вниз ружо и отыскивая глазами стремительно налетавшую на меня добычу. Успев вскинуться, я сделал поводку и, перечеркнув стволом птичий силуэт, нажал спуск. Буквально через долю секунды моих ушей достиг второй выстрел Толи, а чисто битый гоголь рухнул в воду впереди по течению.. «Два-ноль:-, успел подумать Штирлиц. Один-один, однако –Заявил Борман)

Попрепиравшись с Толей по поводу авторства забитого гола, пришли к выводу, что нас рассудит только вскрытие – он стрелял № 5, я, по старой привычке, - 7. К тому же он вообще не слышал моего выстрела, поскольку звуковая волна пришла к нему одновременно с его бабахом.

Тут выяснилась причина такой ширины и полноводности реки – путь преградила бобровая плотина с перепадом в см 40. Несколько проток и водоспусков обеспечивали истекание воды, но только центральный подходил для форсирования, хотя и с риском пропороть днище в случае неудачного подхода. Прохождение этого препятствие сопровождалось нецензурными высказываниями в адрес бобров, их родителей и страны происхождения: судя по преобладанию берёзы в их рационе это была популяция канадцев.

Удалившись в качестве авангарда от группы, я упёрся в целую запруду и брёвен разного диаметра и длины, часть из которых опиралась одним из концов в берег, а другие находились в свободном плавании. С помощью лопаты исследуя жёсткость и проходимость данной природной конструкции, я с осторожностью продвигался по завалу вперёд. Тем временем, отставший было Толя догнал меня, и с ехидными замечаниями, типа, «Чё тут думать, перетаскивать надо!» с ходу высадился на самое толстое бревно. Однако, «самое толстое» не означало «самое надёжное в плане высадки», и оно, слегка прокрутившись, плавно стало погружаться. Что-то бубнивший себе под нос Толик, узрев, как его опора начала играть в Атлантиду, с воплем запрыгнул обратно в лодку, попутно поймав попытавшийся выпасть мешок. Но бревно не сдавалось, и вновь продемонстрировало свой коварный нрав, всплыв и подперев лодку с Толей почти точно посередине. Обозлённый таким оборотом Толя попытался рывками стащить Нырка с бревна, при этом со стороны казалось, что он… ну как бы это сказать… имеет контакт неплатонического характера со своим рюкзаком, причём, судя по его сосредоточенному лицу, рюкзак явно отвечал взаимностью на чувства. Однако его фрикционные рывки со всё возрастающей амплитудой гасились свободным погружением бревна воду, и, помимо волн, разбегавшихся в разные стороны от раскачивающейся на бревне лодки, другого результата не наблюдалось. Отсмеявшись, я применил инженерную смекалку, и, утопив коварное бревно лопатой, освободил Толю из плена, но сам тут же столкнулся с этой же проблемой: теперь, стоило мне перестать давить лопатой на бревно, оно всплывало и приподнимало уже мою лодку. Тем не менее инженерный гений позволил мне без потерь справится с этой дилеммой, не используя в качестве дополнительного груза Сашу, который благоразумно решил обнести эту кучу-малу по берегу.

Наконец, преодолев ещё несколько завалов, мы остановились для перекуса и чая. После фотосессии с добычей, перекусившие и довольные собой, рекой и погодой, мы тронулись в путь. Единственное, что омрачало моё настроение, - это профукивание крюка для котелков Толей. (Ничего никому доверить нельзя. Или про…т, или поломают! ; - подумал Штирлиц. Мне – можно, решил Борман)

Пройдя очередной изгиб реки я упёрся в огромную ель, вывороченную с корнем и опирающуюся вершиной на другой берег реки. Лучшим вариантом мне показалось пропихнуть лодку под елью в районе комлевой части. Срубив лопатой большинство сухих суков и обломав, как смог, руками сырые мешающие проходу ветки, я обнаружил, что по высоте лодка впритык проходит под стволом, а вот выступающие над бортами я и рюкзак – нет. С трудом взграмоздясь на ствол, и балансируя с рюкзаком в неустойчивой позе, я с удивлением обнаружил, что лишившийся груза Нырок почему-то подвсплыл, и также перестал проходить под бревном. Соломоновым решением было, опираясь на ствол руками, ногами загружать поочерёдно нос и корму и притапливая лодку, пропихнуть её под деревом. В процессе выполнения этого плана я внезапно был выведен из состояния предельной концентрации воплями Толи, сообщавшем мне, что над нами пролетает здоровый и жирный селезень кряквы, которого Толя прозевал, заинтригованный моим способом преодоления трудностей. Результатом этого стало упущения мной из виду того обстоятельства, что не все потенциально опасные сучки ели были обломаны и приведены в аморфное состояние, и когда я с гордым видом победителя и первопроходца ловко соскальзывал в лодку по другую сторону бревна, подлый сучок, зацепив меня за штаны в районе седалища, внезапно остановил скольжение, а рюкзак, сместив центр тяжести, по инерции его продолжил. Переворачиваясь вокруг точки опоры в виде подлого сука, я, вместо запланированного касания дна лодки ногами, свалился туда головой, при этом рюкзак по непонятной траектории приземлился мне точно на голову, чувствительно приложив одну мою щёку к лопате, а другую – к прикладу ружья, аккуратно лежавших на дне лодки. Выпутавшись из лямок, и приняв более-менее вертикальное положение, я с чувством высказался Толе всё, что думаю о нём, его привычках, поведении и характере: мало того, что вчера он не стал нырять за топором, в результате чего сегодня мне приходится обходиться лопатой, так ещё и орёт под руку! Найдя, таким образом, виновного в этом досадном инциденте, и подождав, пока Толя повторит мой манёвр, мы двинулись дальше.

К сожалению, пополнить наш ужин свежей птицей нам всё время мешали косоглазость Толи и Вити, регулярно «мазавших» по уткам, а также не снятый предохранитель, не взведенный для безопасности курок и несподручное расположение ружья, застрявшего у меня в ногах, поочерёдно или совместно становившиеся помехами для моего мастерского выстрела.

Проходя мимо очередного затона, мы с Толей увидели взлетающих почти вертикально крякв. Как назло, вредные утки выбрали для взлёта наиболее несподручное для меня время и направление, и шансы уйти у них были бы довольно велики, если бы я не взял на себя командование операцией «сытный ужин»: Вздрогнувший от моего крика «бей по второй!» Толик не прекратил выцеливание, и после моей команды «огонь» произвёл успешный выстрел: крупный селезень хлопнулся точно посередине заводи, и остался лежать на воде лапами кверху. «Вот что грамотное управление делает!-; подумал Штирлиц».

Вскоре, весьма довольные охотой, мы продолжили наш маршрут, обсуждая гастрономические особенности различных способов приготовления уток.

День клонился к вечеру, и мы с Толей начали поиск мест для ночёвки: одно не подходило по эстетическим соображением, в другом не было ровного места для палатки, а где-то почти полностью отсутствовали дрова или было слишком сыро. Наконец, место было выбрано, и хотя оно было несколько удалено от берега, но располагалось на живописном склоне у вершины холма, на границе средневозрастного осинника с огромным количеством сухостоя, и смешанного елово-берёзового леса. Взяв часть груза, и озадачив Витю переброской оставшихся шмоток к лагерю, мы с Толей отправились на обустройства бивака.

Пока Толя готовил место для палатки, я подобрал уютное место для костра, и взялся за подготовку дров на вечер. Подошедший с последней ходкой Витя также был вовлечён в этот увлекательный процесс, однако вскоре пришлось заново его инструктировать по выбору сухостоя: даже при наличии очевидно сухих как порох и практически готовых к употреблению дров Витя через раз умудрялся притащить гнилушку. Наконец, решив, что на вечер нам дров хватит, я предложил Вите на выбор или развести огонь, или сходить за водой и оборудовать кострище. По странному стечению обстоятельств, он остановился на огне. Спустя 10 минут, набрав полные котелки прозрачной воды и подвесив их над кострищем, я с присоединившимся ко мне Толей с удивлением узнал, что дрова сырые, бересты в округе нет, спички слишком быстро сгорают, а без использования Толиных волшебные брикетов, пропитанные воском, разведение огня невозможно физически. На предложение поколоть осину на тонкие лучины Витя с раздражением ответил, что они также не желают разгораться. С удивлением открыв для себя новый способ приготовления растопки путём поперечного крошения ствола, я, подобрав лоскут бересты под берёзой, к которой были прислонены наши рюкзаки и наколов лучин, продольно расщепив одну из сушин, спустя минуту, у разгоревшегося костра, ставил Вите очередную невыполнимую задачу: требовалось подготовить и воткнуть в землю у костра 4 рогатки, для размещения на них над углями импровизированных вертелов с дичью. Оставив Витю в замешательстве перед грандиозностью этого строительства, мы с Толей взялись за ощипывание нашей добычи.

Притащившийся с рыбалки Саша не очень обрадовался гарниру «Что, греча?» без особого энтузиазма спросил он.

Однако, спустя час, пока утки аппетитно подрумянивались на импровизированной жаровне, напичканные чесноком, перцем, ветками и ягодами можжевельника и другими специями, парни с нетерпением ждали этот шедевр кулинарного искусства. Несмотря на съеденный ужин, вид поджаривающейся дичи вызывал непроизвольное слюноотделение, а аромат, распространяющийся от истекающих жирком на вертелах кусочков дразнил и возбуждал притупившийся было аппетит. Периодически добавляя угли и поворачивая шкварчащие тушки для равномерной обжарки, я размышлял над своеобразностью представления Вити об инженерном искусстве: все четыре рогатки первоначально были воткнуты на различную высоту над поверхностью, что без дополнительной подгонки не позволяло приступить непосредственно к приготовлению деликатеса. Наконец, первая была готова, и разделив её между Сашкой и Витей, и отрезав по символичному кусочку мне и Толе, мы с удовольствием и звоном сдвинули наши рюмки- За дичь и точный выстрел!. После того, как была готова вторая дичинка, а дробь, извлечённая на свет, оценена по размерам, выяснилось, что мои усилия по чтению лекции и вдалбливанию азов успешной стрельбы не прошли даром – автором второй утки был всё-таки Толя. Спустя ещё какое-то время, сытые, удовлетворённые, насладившиеся ароматным чаем и полные надежд на следующий день, мы удалились на сон, предвкушая удовольствие от завтрашнего продолжения праздника жизни… Наивные...

Tags: Сплав 2011, Тутока, Явосьма
Subscribe

  • 4 мая. День ходовой четвёртый. Купательный.

    Утро в весеннем лесу, когда с неба не падает вода во всех 3 агрегатных состояниях, когда свежий воздух бодрит, ручей и речка журчат, а энтузиазм…

  • День 3 ходовой. Мокрый.

    3 мая. День 3 ходовой. Мокрый. Проснувшись первым под пенье птиц, и удивившись окружающей меня тьме, я собрался было продолжить сон, но……

  • Сплав 2011, или Четверо в лодках.

    Декабрь 2010 – 29 апреля 2011. Планирование. Традиционный сплав (8 по счёту) на майские праздники с Толей мы начали серьёзно планировать…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment